Научно-технический прогресс является неотъемлемой частью развития человечества. Именно благодаря нему человек возвышается над своей природной/животной основой.

Н. Ф. Федоров неоднозначно относится к научному знанию. Оно, по его мнению, является мертвым. Дело всеобщего воскрешения, к которому призывает мыслитель, происходит на современном ему этапе только умозрительно: собираются различные культурные памятники с целью их изучения и восстановления образа мира в мысли древних людей; наука воспроизводит жизнь в лабораторных условиях; человечество созерцает небесные и земные условия, от которых зависит его жизнь. Но нельзя ограничиваться только мысленным восстановлением мира. И нельзя принять за действительный/истинный тот образ мира, который нам предлагает наука, ибо он указывает на нашу смертность. Необходимо умозрительное научное знание сделать общедоступным, чтобы народ, «не лишенный ни чувства, ни воли, живущий сердцем и нуждающийся в деятельности», смог использовать его для дела всеобщего воскрешения. Анализ, как научный метод, по Федорову, делает знание мертвым, так как 132


расчленяет объект исследования, лишает его целостности и связей с миром. Необходим синтез, так как «воскресение все собирает, восстановляет и оживляет, тогда как философия все разделяет, все отвлекает и тем умерщвляет». При этом Федоров признает, что анализ - это необходимый этап познания, «ибо прежде нужно все разложить, разделить, чтобы потом сложить и соединить, так как только смертью может быть попрана смерть».

К. Э. Циолковский исходит из того, что научно-технический прогресс - существенный фактор в эволюции космоса. После осуществления глобального преобразования солнечной системы, которое возможно исключительно на основе научных знаний, человечество распространит сферу своего влияния во вселенной в качестве носителя абсолютного разума и счастья. Выход в космос с одной стороны, - естественный закон развития человечества, с другой - его моральный долг. Циолковский утверждает, что является материалистом, придерживается строго научного подхода и опирается исключительно на достижения и авторитет точных наук (математики, физики, химии, биологии), отказываясь от любого неясного, оккультного, спиритического знания. Однако его понимание материи предполагает всеобщую одушевленность всех природных структур (панпсихизм). К тому же, ища причину и принцип вселенной, Циолковский приходит к идее Бога и космической этики, которая никак не может быть обоснована наукой.

В центре исследований В. И. Вернадского находятся философские и методологические проблемы науки: соотношение эмпирического и теоретического уровней познания, природа научного знания, социальные функции науки, этика науки, а также закономерности перехода биосферы в ноосферу и др. Методологически он опирается на точно установленные научные и эмпирические факты и обобщения, изредка допуская рабочие научные гипотезы. Так, например, в вместо слишком широкого понятия «жизнь», которое включает не только научные представления о ней, но и философские, религиозные, художественные, он вводит понятие «живого вещества» (совокупность живых организмов), которое представляет собой научное, эмпирическое обобщение всех известных и легко наблюдаемых фактов. Вернадский различает логику философскую и логику естествознания: первая - логика Аристотеля - исходила из анализа правильного пользования понятий, вторая «должна прежде всего научить правильно строить - описать понятием - естественное тело или естественное явление, причем совсем не безразлично, где оно имеет место - в биосфере или в небесном пространстве». Логика естествознания, согласно Вернадскому, еще не разработана. «Описательное естествознание имеет дело не со словами и понятиями, а с выраженными словами и понятиями реальными объектами биосферы, целиком доступными проверке всех его органов чувств. Это - естественные тела (организмы, минералы, почвы, горные породы и т. д.), которые могут и должны быть исследуемы и уточняемы не только логическим выводом из неизменного слова или понятия, а из реального естественного тела, главное содержимое которого не охвачено понятием или словом». Словесные понятия естествознания варьируют в своей точности до бесконечности, чего нет в абсолютно точных понятиях математических наук или формальнологически точных философских понятиях. «Когда мы имеем дело со словесным понятием, не имеющим за собой конкретного реального тела или конкретного реального процесса в биосфере, например, отвлеченным математическим, научным, философским понятием (энергия, сила, личность, ум, человек, лошадь, зверь, птица и т. д.), мы можем считать, что словами можем его охватить до конца и можем совершенно спокойно и безопасно из этих слов, отвечающих таким понятиям (идеям), делать логические выводы тоже до конца. Выводы, сделанные логически правильно сейчас или сто лет назад, не будут в чем-нибудь существенном один от другого отличаться». В этом состоит принципиальная разница между логикой естествознания и формальной логикой теоретических наук.